Этническая история эвенов и эвенков


ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ЭВЕНОВ И ЭВЕНКОВ

Нажмите, чтобы увеличить К приходу русских эвены («ламуты») занимали горную область Верхоянского хребта и район Охотского побережья, ограниченный на юго-западе устьем р. Улья, а на северо-востоке — устьем р. Ола. К югу от Ульи кочевали эвенки (собственно тунгусы), к северу и северо-востоку от Олы жили коряки. Большинство эвенов сосредоточивалось в XVII в. на Охотском побережье где существовали не только их оленные, но и оседлые группы («пешие тунгусы»). Оленные и «пешие» тунгусы нередко входили в одни и те же роды. Общая численность эвенов-оленеводов на середину XVII в. определяется в 3,6 тыс. человек, численность пеших тунгусов — 4,8 тыс., суммарно те и другие составляли 8,4 тыс. человек.Первый исследователь пеших тунгусов Яков Линденау установил, что их предки были оленеводами. Позднейшие известия подтвердили это сообщение. Обезоленивание этой группы тунгусов и оседание их на берегу Охотского моря произошло, по-видимому, в XV—XVI вв., когда тунгусы-оленеводы, вышедшие в указанный район, нашли там озера и реки, кишащие рыбой, и огромное количество непуганных морских зверей. Занявшись промыслом рыбы и морского зверя, тунгусы «забыли», по данным фольклора, о своих оленях. Смешение тунгусов посредством взаимных браков с оседлыми коряками придало культуре первых «палеоазиатский» характер.
 
Тунгусы, 1898  гг., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm (нажмите, чтобы увеличить)
Тунгусы, 1898 гг., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm
Эпидемии оспы, прокатившиеся по Охотскому побережью во второй половине XVII в., сократили численность пеших тунгусов на 3,5 тыс. человек. Кроме того, часть их мигрировала в южном направлении — на Амгунь и Амур. Поэтому в 30-х годах XVIII в. вся эта группировка насчитывала не более 560 человек 126, а по переписи 1897 г. — 187 человек. Н. В. Слюнин, посетивший Охотское побережье за два года до этой переписи, писал об оседлых тунгусах как о скотоводах и собаководах, которые жили не только в «юртах», но и в срубных домах. Аналогичные хозяйство и быт имели местные якуты, русские старожилы и многие оседлые коряки. Поэтому население Охотского побережья в 1920-х годах обыкновенно именовалось «камчадалами». Таким образом, можно считать, что группировка пеших тунгусов к этому времени прекратила свое существование.Иным образом происходило развитие эвенов-оленеводов за тот же период времени. После прихода русских они начали продвигаться в более северные районы Северо-Востока: охотские эвены, пользуясь стычками служилых людей с коряками, вошли в корякские земли. Эвены, кочевавшие в отрогах Верхоянского хребта, начали вторгаться во владения юкагиров, следуя вдоль Яны, Индигирки и Колымы. Это движение, сопровождавшееся поглощением части коряков и большинства юкагиров, завершилось к началу XX в., когда эвены стали проживать почти во всех районах Северо-Востока, кроме самых северо-восточных, занимаемых чукчами и эскимосами.
 
Танец тунгусов, 1898 г., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm (нажмите, чтобы увеличить)
Танец тунгусов, 1898 г., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm
Проникли эвены и на Камчатку. Наглядным выражением данного процесса служит почти трехкратное увеличение их численности с середины XVII в. до конца XIX в., когда эвены-оленеводы насчитывали 10,6 тыс. человек. Восточные эвенки занимали к приходу русских почти все пространство Восточной Сибири к востоку от Байкала и Лены, к югу от Нижнего Алдана и его правого притока Маи. Южной границей расселения эвенков являлся Амур на всем его протяжении. На северо-западе своего ареала восточные эвенки граничили с якутами, на севере и северо-востоке — с эвенами, на юге, юго-западе и юго-востоке — с монголами, даурами, дючерами, натками (нанайцами) и гиляками (нивхами).В культурно-хозяйственном отношении восточные эвенки не были едины: большинство северных групп образовывали охотники-оленеводы, а большинство южных — охотники-скотоводы. Часть эвенков не имела ни оленей, ни домашнего скота: их единственным домашним животным являлась охотничья лайка.В отличие от эвенов основные миграции восточных эвенков - оленеводов имели южное направление. Это во многом объясняется тем, что после депортации части эвенков из Приамурья в Маньчжурию там образовался демографический вакуум, который стремились заполнить эвенки более северных районов, искавшие новые промысловые территории. Южное направление миграций привело эвенков на Сахалин и на правобережье Амура.
 
Тунгусский чум, 1898 г.,фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm (нажмите, чтобы увеличить)
Тунгусский чум, 1898 г.,фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm
По данным переписи 1897 г., общая численность восточных эвенков в Сибири составляла 42,9 тыс. человек; из них 29,3 тыс. человек — утратившие родной язык эвенки Южного Забайкалья, а 1,5 тыс. человек — ассимилированные якутами алдано-майские эвенки. Общими для эвенов и восточных эвенков в этот период истории были приобщение к христианству, формирование административных родов, заменивших прежние кровнородственные платежные группы, торговая эксплуатация, частичное вовлечение в капиталистическое производство (обслуживание приисков, грузоперевозки на оленях и т. п.), рост товарно-денежных отношений.Ко второй половине XIX в. эвенки в южной части Дальнего Востока расселялись по левым и правым притокам Нижнего Амура, бассейну Хунгари и Тумнина, побережью Татарского пролива. Эвенки выходили на Амур, привозили пушнину в с. Карги, где устраивалась ярмарка. Иногда их встречали на оз. Болонь, на р. Горин — в районах расселения нанайцев, а также близ селений Мариинского и Софийского, у оз. Удыль — в местах уличских поселений. По Тумнину и Татарскому проливу они контактировали с орочами, по Амгуни — с негидальцами, в районе Тывлино и оз. Орель — с нивхами. С 60-х годов XIX в. эвенки постоянно упоминаются на Сахалине.
 
Тунгусы,1890 -1895 гг., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm (нажмите, чтобы увеличить)
Тунгусы,1890 -1895 гг., фото с сайта http://www.etoretro.ru/city17.htm
При описаниях XIX — начала XX в. коренного населения, жившего по рекам Горин, Амгунь, Тумнин, озерам Удыль, Кизи, об эвенках обычно нет никаких сведений, видимо, потому, что они вели кочевой образ жизни и в указанных местах постоянно не бывали.В конце XVII века в поисках корма и охоты, а также теснимые якутами тунгусы со стадами оленей все больше и больше стали продвигаться с севера на юг и восток, на территорию нынешнего Тугуро-Чумиканского района, оттесняя гиляков дальше в бассейн Амура. Так    район заселялся эвенками, которые имели крепкие родствен-ные связи с Якутией,  где они раньше кочевали и оставили значительную часть сородичей. Якутское влияние в районе настолько было сильно, что разговорным языком почти на всей территории района был якутский язык.  Полевые материалы, архивные данные свидетельствуют о том, что эвенки, жившие по верхней Амгуни, в начале XX в. вступали в браки с негидальцами, нанайцами, а на Тумнине — с орочами. Это, однако, осложнялось рядом обстоятельств: оседлые рыбаки (нанайцы, орочи) отдавали своих дочерей замуж за эвенков, лишь перешедших от кочевания к оседлости (утерявших по тем или иным причинам оленей). Эвенки, со своей стороны, женились лишь на крещеных. Процессы ассимиляции протекали здесь менее активно. Родовой состав эвенков, кочевавших по рекам и тайге Приамурья, Приморья, а также Сахалина, был очень сложным. В XIX в. эвенкийские по происхождению роды имелись в составе нанайцев, ульчей, негидальцев, орочей, ороков, удэгейцев.