Место артефактов неолитических культур (петроглифов керамики) Нижнего Амура в Дальневосточной исторической науке и общемировой истории неолита

История Нижнего Амура, особенно древняя (неолитического периода), является терра инкогнита для западного читателя и даже для историка-академиста. Это связано и с ничтожным объёмом археологических исследований здесь, и с малочисленными научно-популярными публикациями, освещающих их,  с устаревшей интерпретацией истории неолита созданной, по существу одним, хотя и крупным учёным Советского Союза, Героем Социалистического Труда, академиком Алексеем Павловичем Окладниковым. Неолит Нижнеамурья академик так и называл: «Моя наука».
 
С 1935г. по 1980г. он исследовал здесь многочисленные стоянки и поселения древнего человека, дал названия археологическим культурам, хронологически классифицировал их. Важнейшим вкладом его в археологию Нижнего Амура стало научное описание им петроглифов в Сикачи-Аляне, п. Шереметьево, на р. Уссури и на р. Кия. Академик опубликовал несколько монографий по археологии этого региона со своей интерпретацией древней символики. Они уже более тридцати лет служат научной базой для современных исследователей, которых, впрочем, очень мало. Его ученики академик А.П. Деревянко и д.и.н. В.Е.Медведев в чём-то дополнили его исследования, но концептуальное утверждение академика, что археологические культуры Нижнего Амура принадлежат предкам нанайского народа – тунгусо-маньчжурским племенам, а памятники культуры относятся к их шаманской религии, осталось незыблемым.
 
Однако оно не является истиной в последней инстанции хотя бы потому, что никто из них в своих работах ни разу не коснулся вопросов этногенеза – это был не их научный удел. А без знания антропологии, расогенеза, этногенеза делать концептуальные заключения в истории неолита любого региона слишком самонадеянно и некорректно. Проще говоря, без понимания механизмов и хронологии образования народов и народностей в истории делать нечего. Археологи нашли из этого выход – они заменили названия этносов, создавших археологические культуры, на названия этих культур, соответствующих названиям близ лежащих населённых пунктов. Конечно, археологи являются немного и этнографами, но не этнологами, хотя постоянно пытаются ими быть. Во время Окладникова этнология не оформилась ещё в самостоятельную науку, да и сегодня её научные положения не являются общепринятыми из-за политического влияния.
 
В настоящее время  ученики Окладникова отошли от исследовательской работы на Амуре, а своих учеников они здесь не создали. В Хабаровском крае работают два археолога, но их задачей является только историографическое описание предметов, извлечённых из раскопов. Историологическими (сравнениями, обобщениями, концептуальными заключениями) исследованиями они не занимаются, т. е. их интересует больше археологическое тело неолита Амура, а не дух его. Историков и культурологов Хабаровского края вполне устраивает концепция академика и никаких противоречий в ней они не замечают или не хотят замечать, хотя они, что называется, иногда бьют в нос.
 
Долгое время я не мог понять делают это они ошибочно или намеренно. В академической исторической науке накоплено достаточно информации, чтобы поставить под сомнение концепцию академика Окладникова и, казалось бы, новые взгляды неизбежны, но никто не спешит их делать и, похоже, что делать их уже просто некому и незачем – «ставки сделаны – ставок больше нет», да и новых игроков тоже. Старая научно-историческая элита Хабаровска до сих пор следует по заданному академиком курсу, соблюдая корпоративные традиции, не имея званий академиков, она не имеет и права ставить под сомнение его заключения, да и не положено ей решать концептуальные вопросы истории – не тот ранг и уровень учёности.
 
Но главное препятствие этому созданная романо-германской исторической школой научная парадигма, которая относит Северную Азию и её Нижний Амур к земле неисторической, т.е. не имевшей цивилизационного процесса в древние времена. Более того, народы, обитавшие здесь, она относит к бесписьменным, иначе говоря, диким. Центром и истоком всех культурно-исторических процессов объявлен древний Ближний Восток и Передняя Азия. Нижнеамурье отнесено к периферии древних цивилизаций, куда культурный процесс доходил лишь в виде эха, а население до XX века прозябало в первобытном положении. Такая историческая модель не терпит противоречия и объявляет «незаконно рожденным» всё, что выходит за рамки её положений, а отступников наказывает.
 
Эту парадигму нельзя обнаружить в опубликованном виде, но она царствует  сейчас и владела умами даже советских историков. В настоящее время ей сделано некоторое послабление в истории России – признано существование предков славян на территории Восточной Европы – куда же денешься от протославянских археологических культур Костёнок и Сунгиря. Но цивилизационные процессы в каменном веке на Нижнем Амуре – тема запрещённая парадигмой, а значит  академическими кругами не рассматривается.
 
Примечательно, что парадигмы являются международными, значит создаются в каком-то одном центре, а затем внедряются в сознание научного сообщества на международных конференциях, семинарах, совместной научной работе, на лекциях, при обучении иностранных студентов и т.п.  Окладников наделал много шума и посягнул на существующую парадигму неисторичности монголоидных народов Северной Азии Советского Союза, когда опубликовал и продемонстрировал на международной выставке «Археология СССР», найденные в «земле неисторической» вполне исторические маски-личины на цветной керамике, несущие неолитическую символику, тождественную западным регионам Евразии.
 
Международное историческое сообщество выразило ему недоверие и заблокировало приобретение его книги-альбома на английском языке изданной в 1981г. «Древнее искусство Приамурья», поскольку никакого искусства у диких народов Северной Азии быть не могло. Это соответствовало положению парадигмы. И оно было право. Прежде академику нужно было бы доказать, что эти произведения принадлежат не северянам, а предкам другого этноса, другой расы, а потом уже называть его искусством. Но кому именно? Возможно Окладников и догадывался об этом, но открыто сказать не мог, т.к. мешало другое положение парадигмы о том, что русских (их предков) до XVII века н.э. в Северной Азии никогда не было. Выскажи он это и обструкция его деятельности со стороны Западной исторической школы была бы полная. Да и идеологическая задача его работы на Амуре была другая.
 
Ему вменялось доказать, что малые народы Севера, как и другие народы, имели не менее знатное прошлое, чем Западной Европы или Южной Азии, поскольку все народы якобы равны и имеют одинаковый творческий и культурный заряд, не зависящий от цвета кожи, разреза глаз и условий жизни. Это ему блестяще удалось в рамках идеологической установки КПСС, и его наградили звездой Героя Социалистического Труда.
 
Таким образом, положения исторической парадигмы и идеологической установки совпадали, нужно лишь было закамуфлировать индоевропейское искусство Амура под художественное творчество предков северян-шаманистов, но так, чтобы комар носа не подточил. Этим он и сохранял пошатнувшийся авторитет в мировом историческом сообществе. Академик отказался от проиндоевропейской трактовки неолита Нижнего Амура.
 
В это время показательными примерами индоевропейского искусства для Запада были только два керамических обломка с изображением масок-личин на крашеной керамике (вознесенской культуры), хотя их значительно больше. Избавиться от них было уже нельзя, поскольку они  и демонстрировались и публиковались. Но объявить их шаманским наследием было ещё можно, что он и сделал во всех своих трудах.
 
Саму керамику легко было назвать краснолощеной, а не крашеной, что выводило её из ранга индоевропейской: на то время на Нижнем Амуре ещё не были известны другие цвета керамики. Но они появились позже – белые, коричневые, жёлтые, серые из искусственного камня.  В коллекциях музеев они не демонстрируются, но имеются  в личной коллекции автора.
 
Одну маску нетрудно было интерпретировать под шаманскую, поскольку она не входила в сюжетный рисунок, хотя и несла многочисленные символические знаки неолита, тождественные Западным символам. Но они не публиковались в отечественной литературе и, похоже, о них мало кто знал. Но другая маска могла смутить кого угодно – хоть профессионала или любителя. Это было сюжетное изображение, представляющее собой триаду антропоморфных личин, а над головой средней маски ещё располагался и знак, который сейчас интерпретируется, как трилистник – символ триединства. В триаде личин отсутствует правая личина, но она легко угадывается и признаётся всеми исследователями. Кроме того, сам трилистник подтверждает наличие этой триады, хотя у него тоже отломана правая его составляющая, но всё же она угадывается.
 
В целом этот сюжетный рисунок соответствует известному неолитическому символу Запада под названием «Священная Триада», известного в многочисленных вариантах, которые привёл в своей книге «Миф и символ» А. Голан. Я не исключаю, что Окладников во время находки этой маски намеренно сделал из триады - диаду, чтобы не смущать Запад. Конечно, обвинение в фальсификации – тяжёлое обвинение, но об этом говорит дальнейшее форматирование этой маски. Во-первых, она  демонстрируется в усечённом виде в археологическом музее г. Хабаровска, хотя другая, целая, но в виде копии, выставлена в экспозиции; во-вторых, в школьные пособия по истории она вошла в усечённом виде – без двух других персонажей сюжета и без трилистника. Отсечены и руки и длинная шея, являющаяся тоже генетическим признаком индоевропейской женской красоты. Осталась только голова, которую тоже, как и первую маску можно интерпретировать под шаманскую, якобы надевавшуюся шаманом себе на лицо, чтобы не быть узнанными злыми духами во время посещения загробного мира. Именно эти маски неолитических художник (без какой-либо логической необходимости) и изобразил на керамике по утверждению академистов.
 
Обкарнованный лик этой маски академик взял эмблемой своего института, продемонстрировав Западу свою лояльность и покорность романо-германской парадигме. Однако это только один пример заурядной фальсификации артефактов неолита Нижнего Амура. В публикациях приводится достаточное их количество, чтобы сделать вывод о намеренной фальсификации всей истории Нижнего Амура периода неолитической эпохи.
 
Чтобы найти правильную дорогу к познанию подлинной истории, не сбиться в своих изысканиях на мифологическое мышление, не впасть в эзотерику, мне было необходимо познакомиться с современной теорией этногенеза, которую представил в своё время учёный, писатель, путешественник Юрий Дмитриевич Петухов. Я являюсь не только приверженцем её, но и на своём нижнеамурском материале подтвердил правильность её основных положений. А чтобы читатель понимал о чём идёт речь в публикациях и правильно оценивал ход мыслей автора, его тоже необходимо заранее познакомить с этой теорией, хотя я ещё не раз буду возвращаться к ней.
 
Откуда на Земле появились 6000 тысяч этносов, живущих сейчас, как они образовались и в какой последовательности? Может быть у каждого были свои Адамы и Евы, 6000 тысяч Эдемов на планете и они одновременно стали производить кроманьончиков разных оттенков? А, говоря с научной позиции, могли ли произойти мутации в архантропной среде в массовом количестве и в разных частях планеты, которые дали бы одновременное образование различных этносов кроманьонского типа? Очевидно, что нет, ведь они очень редки. Да и генетики доказали, что все современные люди произошли от одной пары первопредков.
 
Также как и в семье – от родителей рождаются дети, новые этносы рождались от родительских этносов, но происходило это в разной исходной антропологической среде – неандертальцев, синантропов, денисовцев и других неандертолоидов различных подвидов, обитавших в разных регионах планеты и в определённой последовательности. А первопредком, который дал начало всем этносам, обратив их в сапиентную жизнь, был кроманьонец – белый человек. Как белый свет в природе разлагается на все цвета радуги, так от белого человека возникло  цветное население планеты – все разноцветие человеческого Мира.
 
Но вот как об этом писал Ю.Д. Петухов: « В околонаучной среде до сих пор бытует мнение, кочующее из учебника в учебник, из справочника в справочник, которое объясняет появление трёх основных человеческих рас от трёх достаточно удалённых друг от друга гоминидов или более развитых потомков. Нам представляется такое мнение ошибочным, так как вероятность того, что в чрезвычайно короткий срок (от 5 до 20 тыс. лет) в разных местах земного шара одновременно могли подвергнуться внешнему воздействию и в результате генной мутации обрести разум сразу три вида гоминидов, а затем превратиться, соответственно, в европеоидов, негроидов, монголоидов – настолько мала, что говорить о ней всерьёз не приходится. Такое явление было бы с позиции теории вероятностей и здравого смысла не только сверх чудом, но и сверх нелепостью. Поэтому мы сразу отбрасываем эту «версию», имеющую явную политическую подоплёку.
 
Связывая воедино неоспоримые факты появления сорок тысяч лет назад человека современного типа и последующее исчезновение наиболее близкого к нему подвида неандертальцев, мы вправе утверждать, что в те самые десять тысячелетий совместного существования двух подвидов реально происходило не только и не столько истребление кроманьонцами своих предшественников, сколько повсеместное смешение представителей Хомо сапиенс неандерталенсис и Хомо сапиенс сапиенс. Процесс этот происходил не везде и отнюдь не с равной интенсивностью, о чём позволяют говорить последние находки антропологов. Но то, что он проходил, факт непреложный.
 
Данные антропологии показывают. Что наибольшее число подвидовых признаков Хомо сапиенс неандерталенсис (черепная коробка удленённая в отношении лицо – затылок и более низкая, широкое лицо, низкий и часто покатый лоб, приплюснутый  нос с широкими отверстиями, выдвинутая вперёд нижняя часть лица, скошенный назад подбородок, массивный костяк, особенности строения тела и т.д.) сохранились в негроидной и монголоидной расах.
 
В европеоидной расе наличие подобных признаков практически незаметно, за исключением вторичных признаков у представителей средиземноморских подрас, имеющих более позднее происхождение. Это позволяет сделать выводы о том, что человек неандертальский не исчез бесследно, а растворился во множестве народов древности и современности, придав им особо стойкую живучесть, выносливость, внутреннюю силу, огромный заряд энергии и способность вести борьбу за выживание в самых суровых условиях, проявляя недюженную смекалку. Абстрактное мышление у европейского неандертальца было  развито лучше, чем у кроманьонца, образное  - хуже. Исходные европеоиды оказались прямыми и непосредственными потомками вида Хомо сапиенс сапиенс, кроманьонцев, то есть кроманьонцами как таковыми.
 
Есть все основания полагать, что мутация, породившая этот новый подвид, обусловила и один из характернейших его внешних признаков, не встречавшихся прежде у вида Хомо, а именно – светлый кожный и волосяной покровы, светлый цвет глаз. Он приобрёл удлинённую глотку – соматический речевой аппарат. Способность не просто издавать отдельные звуки. Но связывать их в звуковые ряды: слоги – слова – предложения. У его предшественников такого речевого аппарата не было. Неандертальцы могли общаться между собой отдельными, отрывистыми, «лающими» звуками- командами, и не более того.
 
Таким образом, всё разнообразие существующих ныне рас, подрас, этносов, народностей, племён и их одновременное единство в человеческом роде можно объяснить только одним – смешением этой перворасы, первонарода с различными типами неандерталоидов в многотысячелетнем процессе расселения этой перворасы, первонарода по планете».Антропологи Запада создали, явно ангажированную политиками, теорию, где этногенез связали с т.н. «дрейфом генов». По их мнению первочеловек возник в Африке и был он чёрным. Мигрировав в Евразию, он под влиянием климатических и других природных условий в Европе превратился в белого европеоида, в Азии – жёлтого монголоида.
 
Произошло это за каких-нибудь 10 – 20 тысяч лет в результате пресловутого дрейфа генов т.е. скоростной мутации их, что привело к изменению облика негроидов до неузнаваемости. Биологи однако утверждают, что для такой метаморфозы и двух миллионов лет будет недостаточно. Даже неспециалист поймёт, что это нелепо, но такова официальная позиция антропологии, такова антропологическая парадигма. Таким образом, в антитезе: гибридизация - дрейф генов, заключается и различный подход к пониманию всего исторического процесса палеолита – неолита. Между теорией Петухова и гипотезой пребывания индоевропейцев на Нижнем Амуре, как мне кажется, возникла аргументированная двусторонняя связь.
 
Теория позволила объяснить существование многочисленных артефактов индоевропейцев в низовье Амура, а факт их наличия здесь подтвердил правильность её. Таким образом, практика оказалась критерием истинности теории, как и принято в процессе познания. Остаётся только доказать принадлежность Нижнеамурской неолитической культуры индоевропейцам.      Петухов считал, что первичная прародина Хомо сапиенс сапиенс находится на Ближнем Востоке и в Месопотамии, хотя некоторые учёные помещают её в Северную Африку. Именно на территории Палестины неподалеку от нынешней Хайфы были найдены в раннепалеолитических слоях первый череп современного европеоида.
 
Обретя своё этническое «лицо», первоэтнос быстро расселился по Малой Азии, Северной Азии и Европе. А в 25 – 15 тысячелетиях до н.э. кроманьонцы встречаются повсюду от Перинеев до Камчатки и от ледников на Севере до южной оконечности Африки.
 
Ю. Петухов достаточно аргументировано доказал, что первоэтнос имел самоназвание – «русы»: с исходной первичной этимологией «светлые, хорошие, красивые, свои» и вторичной, производной этимологией «властвующие, царствующие, красные». Сейчас этим термином довольно широко пользуются историки. Он также ввел понятие «суперэтнос», которым являлись русы, вкладывая в него научный смысл, связанный с историей на планете в течение 40 тысяч лет одного этноса – русов. Он не даёт повода для подозрения в расовом или этническом превосходстве одного народа над другими – это явление природного, а не политического характера, что нельзя путать.
 
В течение тысячелетий русы мигрировали по планете, приобретали новые качества, осваивали новые технологии. В связи с этим Ю. Петухов выстроил этнохронологическую схему движения русов, которая выглядет так:
   - 40-30 тыс. лет до н.э. – проторусы (русы-кроманьонцы);
   - 30-15 тыс. лет до н.э. – прарусы (русы-бореалы);
   -с15 тыс. лет до н.э. – русы (русы-индоевропейцы).
 
Термин «кроманьонец» всем понятен и принят в исторической науке, хотя и не совсем верен и условен. Например, достаточно нелепо звучит, когда говорят о «кроманьонцах» Сунгиря под Владимиром, Костёнок под Воронежем или прибайкальской Мальты, ибо там европеоиды-бореалы жили за многие тысячелетия до того, как они появились в пещере Кро-Маньон.  
 
Бореалы – это «северные» народы. Он отражает заселение русами Ближнего Востока северных по отношению к нему регионов, а это Северная, Восточная, Центральная Европа и Сибирь. Они продвинулись также на полуостров Индостан, в Среднюю Азию, Северную Африку. Когда завершился процесс физического накопления проторусов в Европе, когда вокруг их возник мощный и обширный этнококон из гибридных кроманьоно-неандерталоидов, и когда с юга и востока продожали вливаться в европейский этномассив всё новые выселки проторусов, тогда проторусы перешли в бореальную стадию своего развития. Они стали уже не переселенцами-мигрантами, а автохтонами – постоянными и основными жителями всей Европы – бореалами-северянами (прарусами). Они сохранили основные признаки русов, но и приобрели от северных неандерталоидов новые признаки.
 
Севернее этих русов-бореалов никого не было. Так называемые «малые народности Севера» монголоидного типа появились в Европе и на Дальнем Востоке только через многие тысячелетия, расселяясь из Сибири в 3 -1 тыс. до н.э. До этого времени монголоидов просто не было. Эта раса только формировалась в Юго-Восточной Азии. Дорога для переселения в Азию русам-бореалам была открыта, и они в это время заселили и Среднюю Азию, и Сибирь, и Берингию, и Дальний Восток, прибыли на Нижний Амур и Сахалин.
 
На бореальном этапе русы не вели междоусобных, братоубийственных войн. Видимо жрецами-волхвами было запрещено враждовать с собратьями, говорящими на одном языке. В результате шествия их по Евразии образовались пять этнокультурно-языковых ядер русов-бореалов: на Ближнем Востоке, в долине Инда, в Европе, в Средней Азии, в Южной Сибири. И потому, когда разговор заходит о стоянках палеолита, мезолита и даже неолита в этих регионах, речь может идти исключительно о европеоидах ( проторусах, прарусах, русах) и частично о европеоидно-неандерталоидных метисах, т.е. смешанных протоэтносах.
 
Этнокультурно-языковое ядра бореалов создавали вокруг себя огромные коконы из близкородственных, полуотпочковавшихся или отпочковавшихся предэтносов. Периферийная Европа, север Африки, часть Азии становились на долгие тысячелетия вперёд этногенетическими котлами, в которых замешивались и варились многие народы и народности.
 
В Центральной и Восточной Европе такого не происходило, здесь ядро русов-бореалов было защищено с запада, юга и востока собственными «этнококонами», с севера ледниками. Этногенез русов был здесь завершен без примеси неандертальской крови, окончилась и вторая фаза его развития – бореальная. А сами они полность подготовили почву для вступления человечества в «историческую фазу» развития.
 
В эту эпоху русами-бореалами были выработаны и закреплены свои характерные отличительные традиции, обряды, религиозные культы, символы – такие, как ритуальное и бытовое применение красной краски, захоронения вождей с оружием и предметами роскоши, поклонение и одухотворение «Великой Богини-Матери» (Лады) и медведя Велеса (властелина подземного-загробного мира, а позже Великого Бога земли), использование живописи и скульптуры в рамках магических канонов и отличительных родовых обережных знаков, символов, узоров-орнаментов: четырёх- и восьми-конечных крестов, свастик, их разновидностей, ромбов, спиралей, «плетёнок», волнообразных линий, меандра, символов Великой Богини неба и Бога земли и т.д.
 
Примерно с 15 тысячелетия прарусы-бореалы, хорошо знавшие дорогу к Инду и Гангу, тысячелетиями шли туда, жили там, обрабатывали землю, создавали цивилизации. Это были уже русы-индоевропейцы. Не было единого «великого переселения» из какой-то одной области, а было множество малых переселений отдельных родов-выселков, которые шли по проторенным предками дорогам на «тёплый, благодатный юг» - шли с Северного Кавказа и Северного Причерноморья, из Прикаспия, Средней Азии, с Иранского нагорья, с Южного Урала, предгорий Алтая и Саян. Последних переселенцев на Индостан можно называть арийцами-ариями. А завершающей фазой самого мощного расселения сюда в 3-2 тыс. до н.э. стало образование новой общности русов – русов-индоевропейцев. Реконструкция традиций, языка, культуры русов-ариев Индостана выявляет совокупность характерных признаков русов-индоевропейцев Северного Причерноморья, Урала и Южной Сибири, Средней Азии.
 
Индоевропейцы – это искусственный термин, созданный лингвистами, но по смысловому значению географический, определяющий области расселения различных групп древних индоевропейцев (праиндоевропейцев).Арийцы (арии) это самоназвание народа, этнический термин. Оба термина обозначают один и тот же праэтнос, который при расчленении породил сначала языковые группы-общности (кельты, романцы, германцы, индоиранцы, славяне…), а затем и народы (русские, немцы, индусы, шведы…).
 
Северное Причерноморье было зоной формирования родов русов-индоевропейцев последней генерации («классические индоарии») с участием русов южнорусских степей и русов-бореалов Восточной Европы. Начало последнего -  Великого расселения русов-индоевропейцев по Евразии пришлось на III тыс. до н.э. Миграция русов происходила и в восточном направлении – в Юго-Восточную Азию, Сибирь и на Дальний Восток, в том числе  на Амур и его низовье.
 
Академическая наука никогда не занималась выяснением следов этого переселения и с порога отрицает такую возможность, поскольку сказано, что земля эта неисторическая и не имела никогда цивилизационного процесса. Опровергнуть эту отжившую догму и призваны мои работы. Дело это сложное, тем более, что поддержки среди академических историков ждать не приходится, поскольку историческая наука умело направляется в другое русло. Финансируются только те направления, которые называются «библейской археологией», ветхозаветной и романо-германской историей», сказки которой часто все слышат даже по радио России. Любые другие направления исследований заведомо заглушаются и пресекаются, особенно те, что связаны с индоевропеистикой. Это реальность нашей жизни. Историю пишет победитель под себя, для себя и в назидание «неисторическим» колониальным и полуколониальным народам, как отмечал Ю.Д. Петухов.
 
Последние триста лет таковым победителем является «библеистическое» воззрение на древнюю и новую историю и «романо-германская («классическая») историческая школа». Симбиоз этих двух направлений, как считал Ю.Д. Петухов, чрезвычайно монолитен и деспотичен. Любой шаг в сторону в трактовке истории карается немедленным отлучением от «академической школы», преданием всеобщему шельмованию. Она весьма добросовестно и рьяно отрабатывает средства, выделяемые ей для создания только одной исторической версии, удовлетворяющей тех, кому принадлежит реальная власть над миром.
 
На страницах представленных ряда работ аргументируется концепция автора о принадлежности неолита праиндоевропейцам, проживавщим в неолите на Нижнем Амуре и оставившим здесь богатейшую культуру, не уступающую европейским и ближневосточным.
 
Неолит Нижнеамурья изучен автором досконально. Не осталось ни одного уголка его, куда бы не пришлось заглянуть: изучены все значимые артефакты его, найденные за много десятилетий и опубликованные в работах археологов; проанализированы работы ведущих историков, их концепции; самостоятельно изучены петроглифы Сикачи-Аляна; собрана собственная коллекция артефактов вознесенской культуры на месте разрушенного неолитического памятника, что позволило по-другому взглянуть на происхождение культуры неолита. Сделаны прискорбные выводы о масштабной фальсификации истории Нижнеамурья академическими историками, которая продолжается до настоящего времени, меняются только фигуранты этого процесса. Стали понятны причины этого.
 
Содержание материалов по сути является обвинительным по отношению к академическим историкам, создавших мифологическое представление исторического процесса на Амуре, ничем серьёзно не аргументированное. Фактов, выдвинутых автором против него, более чем достаточно. Они  представляют не только личное мнение автора, а имеют серьёзную базу из трудов ведущих отечественных и зарубежных историков, археологов, этнологов, религиоведов, на которую автор опирался.
 
С позиции заключений этих учёных академическая версия исторического процесса в неолите на Амуре не выдерживает не только научной критики, но и обыденной логики и здравого понимания, однако она имеет мощную политическую подоплёку, которую сильные мира сего пока не собираются отменять.
 
Общение с академическими учёными, изучение их публикаций привели меня к неутешительному выводу о том, что они не используют в своих исследованиях, разработанные современными ведущими учёными методологические подходы к решению частных исторических проблем. Зачастую они их просто не знают. Неолитчикам, не знающих трудов А. Голана по древней символике, в неолите любого региона, в том числе и Амура, просто больше нечего делать, кроме как извращать историю. Но ведь не знают и потому не ссылаются на него! Это странно и необъяснимо, ведь его труд основополагающий, и мимо этой «Египетской пирамиды» пройти нельзя, не заметив её.
 
Голан расшифровал тысячи символов, его классификацией их и терминологией де факто пользуются практически все исследователи, но только не академисты, создающие порой свои местечковые системы группировки символов с мифологической семантикой их. Они никак  не связанны с ячейками символов его классификации, представляющей по существу, таблицу Менделеева в символике древнего мира, настолько в ней всё аргументировано, увязано, проверено. Создавал её он около двадцати лет, что придаёт ей весомость и значимость, хотя она тоже не лишена предвзятостей.
 
Удивительно легко и непринуждённо легли в эти ячейки символы неолита Нижнеамурья как варианты, тождества или идентичности символов Запада. Никто до меня не делал сравнения символов неолита Запада и Дальнего Востока, поэтому и оценить их многочисленные совпадения  в академической среде оказалось некому. Я представлял эти материалы на трёх Российских конкурсах «Просветитель», «НОС», «Символика России 2012», на нескольких сайтах интернета, но нигде они отмечены не были, даже критикой или какими-либо, пусть отрицательными, комментариями. Мне стало понятно, что жюри конкурсных комиссий и учёное сообщество оказались просто не в теме и совершенно не подготовлено к восприятию проблемы. Читателям придётся самостоятельно анализировать многие вопросы, однако ему не следует считать, что только академические учёные всё знают и разобраться в этих вопросах под силу только им. На самом деле они многое не понимают, не знают, скрывают и лишнего им непозволительно говорить. Большинство из них не поднимается выше историографических (описательных) исследований, т.к. историологические (обобщающие) заключения делаются сейчас не отдельными исследователями, даже высокого ранга, а научным сообществом, которое следует указанию исторической парадигмы, имеющей мировоззренческую (политическую) подоплёку.
 
В этом и сила его, позволяющая отсеивать недостаточно аргументированные концепции, не шарахаться между различными мнениями, но и  слабость, при которой игнорируются прорывные в исторической науке взгляды. При РАН создана даже комиссия по лженауке, легко раздающая исследователям эпитеты – лжеучёный, дилетант, поп-историк, народный историк и т.п. Подобные ярлыки вешают даже академикам той же РАН или РАЕН. Но я пока не заслужил и подобного значка, поскольку нет ни звания, ни авторитета, но мне дано время  и всё ещё впереди.
 
В этой теме у меня накопились знания, появились результаты собственных исследований, возникло понимание неразрешённых проблем в истории Нижнеамурья, опробовано перо в научно-популярном жанре, я свободен в изложении информации, нежели кандидатствующие соискатели, не связан ритуальными условностями принятыми в научном мире. В душе накипели эмоции, требующие выхода наружу и участия в переделке объекта своего внимания – истории Нижнего Амура.
 
Известно, что историки и археологи изучают древний мир на основе материальных  свидетельств деятельности человека – артефактов. Археология – «наука лопаты». Копать в поисках предметов древности, можно не только землю, тем более, что непрофессионалам это запрещено, но и специальную литературу и интернет, где хранятся ценности не менее значимые, чем в земле. Этим я в основном и занимался в течение многих лет, и в археологии Нижнего Амура для меня, как кажется, не осталось тайн. Однако в процессе изучения научных материалов накапливались противоречивые данные, возникали безответные вопросы, понималась субъективность интерпретации символики академическими учёными, появлялись свои версии, выявлялись непознанные проблемы - белые пятна истории.
 
Одним из главных методов работы учёных является поиск аналогий среди артефактов. Это альфа и омега научной работы историков и археологов, но мне стало со временем понятно, что здесь исследователи не дорабатывают, не договаривают или не замечают очевидного. Пожалуй, врач в постановке диагноза использует тот же принцип сличения – различения образа болезни и симптомов конкретного заболевания. Но если в медицине симптом болезни можно не заметить только по незнанию его, то археологи с артефактами-симптомами иногда делают всё, что угодно, - не замечают их, замалчивают, извращают, объявляют фальшивками, если они не соответствуют уже созданным представлениям. И примеров этому оказалось много. Выяснилось, что далеко не все археологи занимаются поиском аналогий и обобщением полученных результатов, чаще они только описываю их, не пытаясь познать их суть. Позже стало понятно, что это позволено только элитарным учёным, а то и только научному сообществу.
 
Каждое археологическое открытие является ступенькой лестницы, уводящей в глубину познания древнего мира и потому особенно цениться. Иные учёные одержимы открытиями и сенсациями. Бывает, что страсть к открытиям становиться болезненной, и профессионалы идут на фальсификацию, подтасовку фактов, прикрываясь своим или чужим авторитетом. И такие наблюдения у меня не единичные, примеры их будут приведены в статьях. Некоторые к концу жизни каются в этом, однако построенные ими концепции и теории, обрастая приемниками, сохраняются долгое время. Так случилось и с концепцией академика Окладникова, который незаслуженно подарил неолит Нижнего Амура предкам нанайского народа, и до настоящего времени она сохраняет своё влияние в истории. Критике этого в большой мере и посвящены мои работы. Замахнуться на это было непросто, но фактов и аргументов накопилось настолько много, что даже моё ошибочное понимание некоторых вопросов, не влияет на общее заключение.
 
Материалы исследований открывает перед читателем новый взгляд на неолит Нижнего Амура, представленный автором. База артефактов археологических культур здесь огромная. Сюда входят: петроглифы Сикачи-Аляна и Шереметьево с авторской и академической интерпретацией их символики; неолитическая керамика Нижнеамурья, включающая и крашеную с изображением знаменитых масок-личин, которые я аргументировано причислил к ликам «Великой неолитической богини неба», образ которой пришёл на Амур с западных регионов Евразии. Это в корне противоречит представлениям академических историков, приписывающих неолит нашего региона предкам малых народов Севера – тунгусо-маньчжурским племенам. И также, кстати, ведёт к появлению претензий на земли Нижнеамурья и ДВ вообще со стороны Китая и Кореи.
 
На Нижнем Амуре автором выявлены характерные для неолита Передней Азии, Ближнего Востока, Предкавказья, Восточной Европы символы на керамике и петроглифах: свастики, концентрические окружности, спирали, ромбы, меандры, шевроны, рунические знаки, трикветры, косые кресты, прямой крест, изображение Бога Перуна в рисунках и скульптуре, обозначенное соответствующей руной слогового письма, западный символ «Рога барана», «Священная триада», «Глаза богини» и многое другое.
 
Большое место в работах отводится расшифровке символов, занимающих внутреннее поле самых знаменитых петроглифов Сикачи-Аляна – лосей. В анализе артефактов использованы не только опубликованные и музейные археологические  материалы, но и собственные, из коллекции, созданной (керамика, орудия труда и охоты), из подборного материала на месте разрушенного дорожными строителями неолитического памятника п. Субботино под Николаевском на Амуре. Уникальными в коллекции являются двуцветная, разноцветная и краснолощёная керамика, предметы из искусственного камня.
 
 
Совпадение символов неолита Запада и Востока отмечено по пятидесяти с лишним позициям, примерно, из шестидесяти, что более чем достаточно для выводов и заключений, которые оказались противоречащими академическим. Этот материал  представлен в иллюстрациях. Автором проанализированы все известные работы выдающегося археолога академика А.П. Окладникова, его учеников А.П. Деревянко, В.Е. Медведева, многочисленных отечественных учёных, исследовавших неолит Нижнеамурья и сопредельных территорий. Выявлены недостатки, предвзятости и фальсификации в их исследованиях, что аргументировано документально и логически.
 
Авторские заключения  опираются на работы академических же учёных с известными именами: А. Голан, Е.А. Окладникова, Ю.Д. Петухов, В.Д. Косарев, Е.А. Миронова, Г.С. Грошев, А.Б. Зубов, А.А.Тюняев, В.Н. Дёмин, А.А. Клёсов и мн. других. Некоторые из академических учёных оценили их, как откровение и прорыв в мировой истории.